Собака из воздушных шаров

Что перед нами

Шар, который весит как носорог

Перед зрителем — десятифутовая такса из блестящего металла, будто надутая на одном выдохе и завязанная узлом на морде, как это делают на детских праздниках. Габариты нешуточные: 307 сантиметров в длину, 363 в высоту и 114 в глубину, то есть скульптура выше человека и шире стандартного дверного проёма. Поверхность отполирована до зеркального блеска, и в ней, как в кривом зеркале комнаты смеха, искажённо отражается всё вокруг: пол галереи, лица посетителей, соседние работы на стенах. Каждая деталь — перетяжки на лапах, складка на морде, петля хвоста — сделана так, чтобы имитировать резину и воздух: там, где настоящий шарик собрался бы в складку, сталь повторяет этот изгиб с точностью до миллиметра.

Из пяти существующих версий цвет меняет не только настроение, но и то, что именно отражается в поверхности: тёплый оранжевый вариант выглядит почти светящимся, холодный синий — стеклянным. Швов не видно вовсе, хотя под однородной на вид оболочкой скрыты сотни сваренных друг с другом металлических пластин. Скульптура не стоит на подставке в привычном смысле — она просто поставлена на пол, как игрушка, брошенная посреди комнаты после утренника. Это отсутствие пьедестала важно: Кунс стирает границу между произведением искусства и обычным предметом, заставляя зрителя на секунду забыть, что перед ним не воздух, а конструкция из нержавеющей стали весом со взрослого носорога.

Уши стоят треугольниками, а лапы разведены в стороны ровно так, как их разводят, скручивая шарик-колбаску в фигурку собаки на глазах у ребёнка, — Кунс сохранил именно эту неуклюжую, слегка кривобокую геометрию, а не выпрямил её до идеальной симметрии. В музеях, где показывают подобные зеркально-полированные работы Кунса, смотрители обычно просят посетителей не прикасаться к поверхности руками: любой отпечаток пальца тут же становится заметен и требует протирки, поэтому скульптуру держат на расстоянии вытянутой руки, хотя формального ограждения вокруг неё, как правило, нет.

Как это создавалось

Выставка в Гуггенхайме, которая не открылась

Замысел родился в 1994 году, когда Кунс начал работу над циклом Celebration — большой серией скульптур и картин на тему праздников: тортов, гирлянд, серпантина, детских игрушек. Собака из шаров должна была впервые показаться на выставке в нью-йоркском Гуггенхайме в 1996 году. Выставка не состоялась: производство слишком затянулось и слишком дорого обошлось. Гипсовые модели сканировали, переводя в цифровые чертежи, стальные листы резали на сотни фрагментов лазером и методом ротационной формовки, а затем фрагменты сваривали, шлифовали и полировали вручную — на одну поверхность уходили тысячи часов работы; в разгар проекта на Кунса одновременно трудилось больше 75 ассистентов и инженеров.

К концу 1990-х деньги на Celebration закончились: галерист Джеффри Дейч, финансировавший проект, был вынужден продать половину доли в своей галерее компании Sotheby's, а сам Кунс столкнулся с трёхмиллионным долгом по налогам и сократил студию до двух сотрудников. Работу удалось довести до конца только после того, как Кунс вернулся к галерее Sonnabend, а Гагосян согласился финансировать оставшиеся вещи серии в обмен на права их продажи. Пять цветных версий Собаки доделывались с перерывами до 2000 года — то есть работа над одной скульптурой растянулась на шесть лет. Большую часть цветных стальных работ Кунса в этот период отливала и полировала мастерская Carlson & Co. — специализированный фабрикатор, закрывшийся в 2010 году. Формально автор скульптуры — Кунс, но собирали её десятки рук, а сам художник выступал скорее инженером-постановщиком, утверждающим эскизы и допуски. Процесс начинался с небольшого макета, который затем масштабировали до итоговых размеров — и именно на этом этапе увеличения решалось, как именно толщина стали и сварные швы будут держать форму, недостижимую для настоящей резины такого размаха.

Откуда образы

От надувного кролика — к стальной таксе

К Собаке из шаров Кунс шёл через собственную биографию почти пятнадцать лет. Ещё в 1978 году, только начав выставляться, он делал серию Inflatables — надувные виниловые цветы и кролика, расставленные рядом с зеркалами, где предмет массового потребления соседствовал с классическим приёмом отражения. В 1986 году появился «Кролик» (Rabbit) — тоже надувная игрушка, но уже отлитая в зеркальной нержавеющей стали; в 2019 году именно эта работа обгонит собственный рекорд Кунса, уйдя на Christie's за 91,1 миллиона долларов. Собака — прямое продолжение того же приёма, увеличенное до размеров садовой скульптуры и размноженное в целую серию цветных близнецов. Позже, уже в 2000-е, Кунс повторил тот же ход с другими животными из воздушных шариков — лебедем, кроликом, обезьяной, — но именно такса из середины 1990-х осталась самым узнаваемым персонажем этого маленького зоопарка.

Ещё один источник — «банальная» серия конца 1980-х, где Кунс сознательно работал с кичем: садовыми гномами, плюшевыми игрушками, глянцевыми картинками, а по мнению некоторых критиков — даже с отсылками к композициям Леонардо да Винчи, чья Мона Лиза давно стала таким же растиражированным символом узнаваемости, каким теперь стала и сама Собака. Кунс не иронизирует над этим китчем свысока, а показывает его как есть — в этом смысле его скульптура ближе к ремеслу уличного клоуна на дне рождения, чем к музейной традиции возвышенного сюжета, которую когда-то представлял, например, «Поцелуй». Показательно, что художник не пытался облагородить образ шарика: не добавил ему выражения, не изменил пропорций, характерных для дешёвой резины, — он просто перевёл в вечный материал узнаваемость, которую этому образу придала уличная культура дня рождения.

Судьба работы

58,4 миллиона долларов за один вечер

У всех пяти цветных версий разные судьбы. Синяя досталась коллекционеру и филантропу Элаю Броуду — сегодня она стоит в его музее The Broad в Лос-Анджелесе, открытом для публики. Пурпурная принадлежит французскому магнату Франсуа Пино, одному из крупнейших собирателей современного искусства в мире. Красная — у греческого промышленника Дакиса Иоанну, много лет поддерживающего современных художников через собственный фонд. Жёлтая осталась у Стивена Коэна, основателя хедж-фонда SAC Capital. Громче всех сменила владельца оранжевая: 12 ноября 2013 года на вечерних торгах Christie's в Нью-Йорке она ушла анонимному покупателю, сделавшему ставку по телефону, за 58 405 000 долларов при стартовой оценке около 55 миллионов. Продавцом выступил издатель и коллекционер Питер Брант, купивший скульптуру у самого Кунса значительно раньше.

На тот момент сумма стала рекордной ценой, выплаченной на аукционе за работу живого автора, — рекорд, который сам Кунс побил через шесть лет тем же «Кроликом» 1986 года. Помимо крупных стальных версий существует ограниченный фарфоровый тираж Balloon Dog, выпущенный французской мануфактурой Bernardaud: 799 экземпляров высотой 41 сантиметр, каждый стоимостью около 42 000 долларов. Тираж оказался хрупким и в буквальном смысле: 19 февраля 2023 года на ярмарке Art Wynwood в Майами посетительница задела одну из фарфоровых собак пальцем, и та упала и разбилась на глазах у публики. Пять оригинальных стальных версий такому риску не подвержены — они путешествуют между частными резиденциями и музейными залами, но полного публичного каталога их перемещений не существует: большинство сделок с частными коллекционерами не раскрывается. Продавец оранжевой версии, Питер Брант, приобрёл её у Кунса ещё до того, как имя художника стало синонимом многомиллионных рекордов, — то есть купил скульптуру задолго до того, как её цена выросла в сотни раз.

След в культуре

Собака, которую пытались и запретить, и повторить

Узнаваемость Собаки из шаров давно вышла за пределы галерей современного искусства. В 2010 году юристы Кунса разослали письма с требованием прекратить продажу книжных подставок в виде собаки-шарика: их производила канадская компания IMM Living, а продавал небольшой магазин Park Life в Сан-Франциско. Дело прозвали «Balloon Gate», и оно обернулось против самого Кунса — сетевое сообщество указало, что скрученный из шарика силуэт собаки придумали уличные клоуны задолго до него, а не он сам. В 2011 году Кунс отозвал претензии, разрешив магазину и дальше продавать подставки, но без упоминания его имени в рекламе. Ирония в том, что сам художник ранее неоднократно оказывался ответчиком по похожим делам: в 1992 году суд по иску о скульптуре «Гирлянда щенков», почти дословно скопированной с чужой фотографии, встал на сторону истца, а не Кунса.

Образ шарика-собаки просочился и в более лёгкие жанры: в игре Grand Theft Auto Online есть пародийный трофей «Yellow Dog with Cone» — жёлтая собака с ветеринарным воротником вместо гордой позы оригинала. В мультфильме «Человек-паук: Через вселенные» 2023 года синяя версия скульптуры на секунду появляется в сцене, снятой в интерьерах Музея Гуггенхайма, — расчёт был на то, что зрители узнают её без подписи. Для арт-рынка Собака стала своего рода эмблемой эпохи: работой, которая доказала, что современное искусство способно стоить дороже классических мастеров, и одновременно — что предельно простой, детский образ может нести любую цену, какую готовы за него заплатить.