Василий Кандинский, Несколько кругов

Авангард

Несколько кругов

Круг Кандинский считал самой скромной и одновременно самой сильной формой — «синтезом величайших противоположностей».

Василий Кандинский · 1926Музей Гуггенхайма, Нью-Йорк

Читать историю Открыть автора

Источник вступления: Wikipedia (RU)

Тёмный фон вместо белого превращает круги в светила: картина читается как ночное небо.

Василий Кандинский, Несколько кругов
Несколько кругов · Музей Гуггенхайма, Нью-Йорк

Самое интересное

Факты и легенды

  • Круг Кандинский считал самой скромной и одновременно самой сильной формой — «синтезом величайших противоположностей».
  • Тёмный фон вместо белого превращает круги в светила: картина читается как ночное небо.
  • Работа написана в 1926 году, когда Баухаус переехал в новое здание Гропиуса в Дессау.
  • К этому времени Кандинский вёл курс о цвете и форме и проверял свои теории прямо на холсте.
  • Сегодня картина хранится в Музее Гуггенхайма в Нью-Йорке — там же, где и «Композиция VIII».
Источник: Wikipedia (RU)
Подробнее Как квадратный холст из Дессау превратился в космос без единой звезды: история кругов Кандинского, их скрытого блеска, связи с Баухаусом и личного признания художника, что эта форма заменила ему всадника.

Два месяца в Дессау

Картина возникла в момент, когда Баухаус начинал новую жизнь

Кандинский написал «Несколько кругов» в январе–феврале 1926 года, вскоре после переезда Баухауса из Веймара в Дессау. Школа получила новое здание Вальтера Гропиуса, а художник продолжил преподавать основы формы и цвета. В том же году он поселился по соседству с Паулем Клее в знаменитом двойном доме для мастеров.

Геометрия в его живописи стала строже, но не холоднее. Знакомство с супрематизмом и конструктивизмом усилило интерес к ясным плоскостям и контурам, тогда как собственная теория Кандинского требовала от формы психологического и духовного действия. Квадратное полотно размером чуть более 140 сантиметров стало лабораторией, где одна фигура должна была показать десятки разных характеров.

Ни один круг не повторяет другой

Точная форма превращается в движение благодаря размеру, цвету и наложению

На тёмном поле плавают десятки кругов: прозрачные проходят друг через друга, маленькие собираются в группы, крупные удерживают пространство. Они не выстроены по сетке и не изображают настоящие планеты. При этом глаз почти неизбежно считывает орбиты, сближения, затмения и светила — космос возникает без буквального сюжета.

Главный чёрный круг кажется пустотой, но внутри композиции работает как тяжёлое тело. Голубой ореол рядом с ним создаёт впечатление свечения; крошечные цветные диски задают ритм, а диагональное распределение масс не даёт системе застыть. Порядок и случайность удерживаются вместе: пространство организовано, однако ни одна траектория не выглядит окончательной.

На репродукции теряется половина опыта

Кандинский заставил одни круги поглощать свет, а другие — отражать его

Гуггенхайм сообщает важную техническую деталь: художник накладывал точные и прозрачные слои краски, создавая богатые цветовые отношения, а затем выборочно покрывал отдельные формы лаком. Особенно заметен этот приём на большом чёрном круге. Поэтому поверхность чередует матовые и глянцевые участки.

Фотография передаёт цвета, но почти уничтожает изменение блеска при движении зрителя. В музейном зале одни диски кажутся плоскими, другие внезапно выступают вперёд или вспыхивают отражением. Картина доказывает, что геометрическая абстракция может быть телесной: её пространство строится не только контуром, но и тем, как настоящая краска принимает свет.

Круг заменил художнику всадника

Форму он выбирал за её внутреннюю силу

В письме биографу Виллю Громану Кандинский объяснял, что часто использует круг не ради геометрических свойств, а из-за сильного чувства его внутренней энергии и бесчисленных вариаций. Он даже сравнил эту новую привязанность со своей прежней любовью к лошадям и всадникам: круг дал ему больше внутренних возможностей и занял их место.

Для художника круг соединял противоположности — концентрическое и эксцентрическое, устойчивость и движение — и яснее других основных форм указывал на «четвёртое измерение». Поэтому название нарочито простое. «Несколько кругов» не объясняет, что именно изображено; оно оставляет форме свободу быть одновременно точкой, телом, звуком, орбитой и временем.

От учебного эксперимента к образу музея

Полотно вошло в основную коллекцию, созданную вокруг беспредметного искусства

Сегодня картина относится к основополагающей коллекции Музея Соломона Гуггенхайма и имеет номер 41.283. Сам музей вырос из союза Гуггенхайма и художницы-консультанта Хиллы фон Ребай, которые собирали беспредметное искусство как самостоятельный духовный язык, а не как подготовительный этап к изображению вещей.

Эта история объясняет, почему «Несколько кругов» стало одним из узнаваемых символов собрания. Оно соединяет теорию Баухауза, почти научное исследование материалов и переживание бесконечного пространства. Картина не просит угадать предмет; она показывает, как минимальный алфавит — цветной диск на тёмном поле — способен породить целую вселенную отношений.

Официальные источники

Где сверять музейный и исторический контекст

На что смотреть

Что заметить на картине

  • Следите за масштабом кругов как за партитурой движения.
  • Заметьте, как темный фон превращает цвет в светящиеся события.
  • Читайте композицию как орбитальную систему, а не как набор фигур.

Другие работы автора

Ещё работы: Василий Кандинский

Продолжить экспозицию

Похожие работы

FAQ

Частые вопросы

Кто написал «Несколько кругов»?

Картину написал Василий Кандинский в январе–феврале 1926 года в Дессау, вскоре после переезда Баухауса в новое здание Вальтера Гропиуса.

Когда была написана «Несколько кругов»?

Работа датирована 1926 годом — Кандинский создал её за два месяца, живя по соседству с Паулем Клее в доме для мастеров Баухауса.

Где сейчас находится «Несколько кругов»?

Картина хранится в Музее Соломона Гуггенхайма в Нью-Йорке, в его основополагающей коллекции беспредметного искусства.

Почему «Несколько кругов» так знаменита?

Десятки кругов разного размера и цвета плавают на тёмном поле без всякой сетки, но глаз всё равно считывает в них орбиты и затмения — Кандинский добивался этого эффекта, выборочно покрывая часть форм лаком, так что одни диски кажутся плоскими, а другие светятся. Для художника круг заменил прежнюю тягу к всадникам и лошадям: по его словам, эта форма яснее других указывала на «четвёртое измерение».